Анатолий Юрко: которое я хочу оставить своим детям MEZALIMPE

      В последние годы в молдавском виноделии появилось новое поколение производителей – частных небольших хозяйств, делающих акцент на высоком качестве вина, происхо- дящего с одного виноградника. Они придают большое значение терруару (условиям, где выращивается виноград) и корректно от- носятся к технологическому процессу. Это определяет успех их вин у потребителей и в итоге успешное развитие бизнеса. Одним из представителей этого направления явля- ется хозяйство Mezalimpe (с. Рэскэеций-Ной, р-на Штефан-Водэ), название которому дали сорта винограда, которые испокон веков вы- ращивались в пуркарской зоне. Основатель бренда и одноименного предприятия Анато- лий Юрко в интервью LA рассказал о том, как создается эта история успеха.

      – Вы 30 лет прожили в России, но решили отказаться от налаженной в Санкт-Петербурге жизни и вернуть- ся на родину. Более того, имея дипломы Ленинградского государственного института культуры им. Крупской и Киевского высшего военно-морского училища (штур- ман) вы вдруг решили заняться виноградарством и ви- ноделием. Почему? – Я до сих пор задаю себе вопрос – правильно ли я поступил или это была роковая ошибка? Я осмелил- ся уговорить жену-россиянку переехать в Молдову с вложением в бизнес, потому что для меня всегда было важным что-то делать. В начале 2000-х годов в России слабо развивалось частное производство, а мне хоте- лось основать семейное дело, которое потом передать своим детям. У меня сложился бизнес-план. Я видел свое хозяйство – виноградник на 10 га земли, посаженный в Пуркарской зоне, откуда я родом, и где живут мои родственники, и маленькая современная винодельня. Понимая, что у меня нет специальных знаний, я собирался еще полу- чить образование в области виноделия. Представлял, что буду семьей заниматься возделыванием виноград- ника, делать из выращенного винограда марочные вина и продавать их в России, чтобы заодно показать, какую мы умеем делать продукцию. В то время между Россией и Молдовой хорошо складывались отноше- ния. А мэрия Санкт-Петербурга готова была закупать пуркарские вина для официальных мероприятий, у меня была об этом договоренность.

– Насколько оправдался ваш бизнес-план?

– Поначалу все шло прекрасно. В 2004 г. я купил 10 га земли близ с. Рэскэеций-Ной, когда-то она принадле­жала барону Домброву. Вина, которые он производил со своего виноградника, были известны своим особен­ным вкусом. Я посадил виноградник сортов Каберне- Совиньон и Мерло, через два года построил винодель­ню. В 2006 г. я должен был собрать первый урожай ви­нограда и сделать первое вино. Все шло, как я и мечтал. Но 27 марта Россия объявила эмбарго на молдавские вина. В этот день произошло крушение больших наде­жди ожиданий нашей семьи. Однако инвестиции были сделаны: я вложил в это дело все средства, накоплен­ные за время работы штурманом дальнего плавания и впоследствии от другого бизнеса. Еще и кредитами пришлось воспользоваться.

      Благодаря тому, что в 2005 г. я познакомился с известным виноделом Константином Стратаном, отпала необходи­мость идти получать еще один диплом. Я на практике ос­воил мастерство винодела, будучи в свой первый сезон переработки винограда подмастерьем у Константина. И, конечно, пришлось много прочитать литературы по специальности. Могу сказать, что теперь все техноло­гические операции по красным винам мне известны. В 2007 г. я уже самостоятельно провел сезон, но большую часть винограда был вынужден продать крупному вин­заводу из-за отсутствия рынка сбыта. Только в 2009 г. мне удалось увеличить объем переработки. По причине эмбарго и вина пришлось выдерживать в бочках по два- два с половиной года. И только в 2010 г. первые вина – Cabernet-sauvignon и Merlot урожая 2006 г., уже заво­евав золотые и серебряные медали на международных конкурсах, вышли на внутренний рынок, заняв место в категории «премиум».

– Не было ли сожаления о том, что затеяли это дело?

– Важно, что было понимание ситуации моей семьей. Иначе, возможно, были бы другие решения. Мы му­жественно прошли через самый сложный период, и сегодня я вижу перспективы, потому что мой бренд Mezalimpe стал довольно известным. При этом рекла­мой я не занимаюсь, в основном, работает «сарафан­ное радио» и приносят плоды участие в выставках и Дне вина, проведение дегустаций, в том числе в супер­маркетах.

      Интересно, что первое признание потребителей при­шло в дипломатических кругах. Проект USAID/CEED ор­ганизовывал для Ассоциации малых производителей дегустации наших вин в посольствах. Как-то после та­ких дегустаций ко мне подошли представители одной китайской компании с предложением о закупке вин. Так, с 2011 г. начался экспорт моих вин в Китай, при­чем по приличной цене – 4-10 евро за бутылку. Но в 2013 г. сменилось руководство в Поднебесной, и были введены ограничения закупок вин на представитель­ские цели госструктурами, что повлекло сокращение всего молдавского алкогольного экспорта в Китай. В прошлом году появился другой клиент из этой страны. В настоящее время в его адрес готовится к отправке партия вин. Еще есть небольшие отгрузки во Францию. Были попытки продаж в Австрии и Германии, но поче­му-то отношения с закупщиком не сложились.

– Как с течением времени менялся ваш взгляд на свои вина?

– Изначально мне хотелось делать хорошие питкие вина. Но с 2011 г. я несколько изменил свое видение – меньше выдерживаю вина в дубе, пытаюсь улавливать, и вроде бы получается, соотношение дуба и виноград­ной ягоды. По-моему, правильное вино не должно быть чрезмерно насыщено оттенками дубовой древесины. Многие молдавские производители любят использо­вать дорогие дубовые бочки и получают сильные тона выдержки в винах, которые преобладают над виногра­дом. Мне кажется, что на рынке должно быть соревно­вание качеств вин, а не бочек.

Мне часто говорят, что мои вина – виноградные. На Дне вина Master of Wine из Великобритании Кэролайн Гилби несколько раз подходила к моемуCabernet-sauvignon и сказала, что оно очень сбалансированное, имея ввиду эти характеристики. По ее словам, такое вино привет­ствуется на британском рынке.

      Помимо давно выпускаемых вин Cabernet-sauvignon, Merlot и Cabernet-sauvignon rose,в этом году появилось Sauvignon-blanc, потому что я решил попробовать себя в производстве белых вин. А начал именно с сорта ви­нограда Совиньон, потому что интересно посмотреть, как почва себя проявит на нем (пока перепривил три ряда кустов Мерло для эксперимента). Я поспрашивал вокруг, что здесь раньше выращивали. Как оказалось, был Совиньон. Кроме того, вино из него непросто сде­лать – одна технологическая операция за другой долж­ны быть четко выдержаны по времени. Мне это инте­ресно. Со временем, может быть, появится Траминер или Фетяска-регалэ. У меня есть еще 10 га земли, но я эти участки обмениваю на аналогичные на склоне ря­дом с винодельней. Пока занимаюсь там консолидаци­ей, чтобы еще посадить виноградник.

– Несколько лет вы шли по пути органического земле­делия. Когда появятся вина с маркировкой «bio»?

– Я очень мало опрыскиваю виноградник, но вижу, что итальянские клоны любят опрыскивание. Тем не менее, я был готов подать документы на то, чтобы проводить мониторинг и потом сертифицировать насаждения как органическое земледелие. Но решил быть честным, пото­му что мою плантацию окружают зерновые культуры, где применяют гербициды. Если виноградник возделывает­ся биологическими методами, то рядом не должно быть такого соседства. Если оно не позволяет, то лучше не лу­кавить в отношении органического продукта, хоть мы и договорились с соседями о том, что, когда они опрыски­вают поле, ветер не должен дуть в сторону виноградника.

      А когда посажу новый виноградник на склоне, то с са­мого начала буду его оформлять как органический, по­тому что там с одной стороны – лес, с другой – забро­шенный виноградник, с третьей – большое пастбище, с четвертой (внизу) озеро. К тому же там супесчаная по­чва, вода через нее быстро уходит, поэтому не должно быть проблем с болезнями на винограднике, что тоже хорошо при минимальных обработках.

Mezalimpe как малый производитель строит планы вырасти?

– Несмотря на то, что со временем я планирую уве­личить площадь виноградников, я по-прежнему вижу себя малым производителем. Если в настоящее время я перерабатываю только половину выращенного вино­града (половину продаю) – 35-45 т и произвожу 35-40 тыс. бутылок вин в год, то моя цель – постепенно уве­личить объем до 90-100 тыс. бутылок. На внутреннем рынке я не смогу столько продать, поэтому нужно экс­портировать.

      Грех не использовать потенциал соседнего румынско­го рынка. Поэтому в моих ближайших планах – открыть в Бухаресте бутик, в настоящее время мы подыскиваем для него помещение. Видимо, пришло время выйти на этот рынок, т.к. у нас там уже есть потребители, мы пе­редаем в Румынию вина для частных клиентов, посто­янно участвуем в выставке Good Wine.

– В чем секрет успеха ваших вин?

– Наверное, в том, что это – правильные, честные вина. Поскольку они каждый год делаются из винограда, вы­ращенного на одном участке, они узнаваемы, ведь 80- 85% «лица» вина определяется виноградом. И, видимо, потребители оценили тот баланс, который я нашел, по­этому вина получаются не «дубовые», а виноградные. Они отфильтрованы всего лишь один раз – перед роз­ ливом и, благодаря этому, более естественные и бога­тые. У Mezalimpe есть свой стиль.

– Чего вы не предполагали, когда начинали этот биз­нес, но с чем пришлось столкнуться, помимо эмбарго?

– С нелояльной конкуренцией на внутреннем рынке. Например, по этой причине мои вина, которые хорошо продавались в ресторане гостиницы Codru, вынужде­ны были уйти из его винной карты. В последнее время наблюдается интервенция крупных операторов рынка, которые вытесняют более слабых конкурентов с помо­щью финансовых инструментов. Часто они заинтересо­вывают рестораны какими-то инвестициями, а взамен диктуют определенные условия по продажам вин.

      Многие в HoReCa на это идут, т.к. им все равно, чьи вина продавать. Но от этого не будет расти культура потребления вина в нашей стране, и силами несколь­ких компаний в Молдове не увеличится потребление качественных вин. В таких условиях мне остается толь­ко развивать сегмент ритейла и ресторанов авторской кухни, которые заинтересованы сочетать свои блюда с авторскими винами. Сегодня вина Mezalimpe про­даются в супермаркетах №1, винотеках и напрямую от производителя. На какое-то время им пришлось уйти из сетевой розницы из-за моего расставания с дистри­бьютором (у нас возникло недопонимание). Я решил самостоятельно заняться дистрибьюцией, и что нацен­ку оптового звена буду тратить на маркетинг, который был моим слабым звеном.

– Что для вас значит Mezalimpe?

– Для меня это хорошее дело, которое я хочу оставить своим детям, чтобы они его продолжили. До их взросле­ния хочу успеть поставить этот бизнес на ноги. В планах – развивать туристическое направление. Когда завершу консолидацию земли на втором участке и посажу вино­градник, построю там маленькую гостиницу. Это будет настоящее шато. До сих пор не построил гостевой до­мик, потому что для гостиницы не было идеальных ус­ловий – живописного вида из окна. Хочется, чтобы дети получили специальность винодела, а потом – их дети, чтобы шато обрастало историей, чтобы все пережитые мною на начальном этапе трудности были не зря.

Интервью взяла Ангелина Таран

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *