Инвестиции в фермерство – инвестиции в сельское развитие

 

В первую субботу марта состоялось годовое отчетное собрание Национальной федерации фермеров Молдовы.

По большому счету отчет руководителей НФФ – председате­ля Валериу Косарчука и исполнительного директора Василе Мырзенко – представлял собой сборник критических заме­ток в адрес политики правительства в вопросах субсиди­рования и налогообложения фермеров (то есть, в широком смысле – малых и средних сельхозпроизводителей).

Свою позицию относительно действующей модели субсиди­рования лидеры организации фермеров обозначили в про­шлом месяце, на пресс-конференции, приуроченной к при­нятию окончательной версии регламента субсидирования сельхозпроизводителей на 2013 год (сам процесс разработ­ки регламента, как утверждают представители минсельхоза, НФФ проигнорировала). Впрочем, отношение фермерских лидеров к проблеме субсидирования хорошо известно и принципиально не меня уже третий год. В качестве основ­ной претензии они называют ограниченный доступ фермер­ских хозяйств к субсидиям, в качестве решения они пред­лагают деление фонда субсидий надвое – для фермеров и остальных (то есть, крупных) сельхозпроизводителей, уста­новление низких плафонов-лимитов на размер субсидии «в одни руки», переход на субсидии в расчете на гектар сель­хозугодий.

Комментирую эти претензии и предложения министр сель­ского хозяйства Василе Бумаков в очередной раз отметил, что рассматривает субсидии не как вариант социальной по­мощи, а как экономический механизм стимулирования про­цесса инвестиций в развитие сельхозпроизводства в частно­сти и агробизнеса в целом. При этом он считает, что деление сельхозпроизводителей на более или менее приоритетные – в вопросах доступа к госфинансированию — категории ис­ходя из форм и/или принципов организации сомнительно с точки зрения конституционности и рыночной эффективно­сти.

А о том, что выводы лидеров НФФ относительно ограничен­ного доступа фермеров к субсидиям несправедливы, по мне­нию министра, свидетельствует анализ баз данных Агентства по интервенциям и платежам в сельском хозяйстве (АIPA) о субсидировании в прошлом году. Так, из почти 5 тыс. бенефи­циариев (максимальное их количество за последнее пятиле­тие) более двух третей являлись членами НФФ и Федерации «AGROinform», то есть – малыми и средними производите­лями, на их долю пришлось более двух третей фонда субси­дирования. Тогда как члены Республиканского союза ассо­циаций сельхозпроизводителей «UniAgroProtect» — то есть, крупные и средние сельхозпредприятия – получили лишь треть общей суммы фонда (при этом руководство союза от­мечает, что: во-первых, некоторые аграрники одновременно являются членами «UniAgroProtect» и НФФ; во-вторых, в тех районах северной зоны РМ, где нет действующих структур НФФ, ассоциации «UniAgroProtect» выдают фермерам серти­фикаты о членстве, необходимые для формирования полно­го пакета документов на субсидирование).

По мнению некоторых специалистов и из системы минсель­хоза, и из неправительственных структур, при исследовании проблемы доступа к субсидированию стоит учесть тот факт, что некоторые производители сельхозпродукции не об­ратятся в госструктуры за субсидиями, даже если доступ к ним будет максимально либеральным. Речь идет о домохо­зяйствах сельского населения и официально незарегистри­рованных (в примэриях) фермерских хозяйствах. А таковых немало. Согласно статистическим данным, в домохозяйствах обрабатывается более 300 тыс. га – это почти четверть фонда сельхозземель РМ.

Однако, как считает Василе Мырзенко, более показательны­ми были бы данные не о количестве бенефициариев-членов той или иной общественной организации аграрников и при­читавшихся им долей фонда субсидирования, а о суммах суб­сидий, выплаченных «в одни руки» и, особенно, о количестве бенефициариев, получивших субсидии в сумме более милли­она леев. Конечно же, это экивок в сторону прошлогоднего регламента субсидирования аграрников, в котором лимиты были установлены лишь на некоторые направления субси­дирования и размер которых был довольно высок. Отчасти именно по этой причине в прошлом году почти половина всего фонда субсидирования ушла на частичные компенса­ции сумм приобретенной сельхозтехники и оборудования. Впрочем, в регламенте субсидирования-2013 специалисты минсельхоза и общественных организаций, участвовавших в разработке документа, этот «перекос» устранили – размер плафонов-лимитов был снижен, установлены они были в большинстве мер-направлений субсидирования.

 

Были сокращены и размеры субсидируемых объектов. В частности, если прежде субсидировалась лишь посадка но­вых садов площадью более 5 га, то в нынешнем году право на субсидию получили и садоводы, выса­живающие 0,5 га сада. Это обстоятельство имеет значение, в том смысле, что, по еди­нодушному мнению экспертов, фермерские хозяйства – это сельхозпроизводство мало­го и среднего масштаба, причем, с четко выраженной отраслевой привязкой: живот­новодство, огородничество, садоводство и виноградарство.

Тем не менее, атмосфера на собрании НФФ была напряженной – в зале присутствова­ло много недовольных. И это недовольство можно понять, если принять во внимание отраслевую специфику фермерства (вернее, т.н. «индивидуального сектора» сельхозпро­изводства), а также факт, что именно на ос­новные овощи и фрукты средний уровень цен в прошлом году снизился. В первом по­лугодии 2013 положение «индивидуального сектора» еще более усугубится из-за дефи­цита и подорожания кормов, прежде всего – кукурузы.

«Мы не вправе были проигнорировать бес­прецедентный уровень потерь в аграр­ном секторе из-за прошлогодней засухи, поэтому правительство по предложению минсельхоза поддержало сельхозпроизво­дителей средствами на закупку кормов для дойного стада КРС, а также на закупку семян пшеницы и кукурузы для проведения сева под урожай-2013, — отмечает в этой связи Ва­силе Бумаков. Однако стоит четко понимать, что когда сельский житель в сложившейся ситуации жалуется на неспособность содер­жать одну-две коровы и прокормить семью – это не проблема сельхозпроизводства, а социальная проблема. Соответственно, ему логичней было бы обратиться не в минсель­хоз за субсидией, а за социальной помощью – в соответствующее министерство».

Наверное, при действовавшей до сих пор системе госинститутов и концепции под­держки аграрного сектора — это мнение объ­ективно. Однако в перспективе, если вектор евроинтеграции останется приоритетным для будущей политической элиты, ей стоит принять во внимание европейский трент. А он уже со следующего года – в рамках новой политики субсидирования аграрного секто­ра Евросоюза – приобретет явный уклон от наращивания сельхозпроизводства, к под­держке на социально приемлемом уровне доходов фермеров, к развитию экологиче­ского сельского хозяйства и к сохранению/популяризации сельского образа жизни, то есть, к сельскому/региональному развитию. Кстати, европейская программа ENPARD, которая теперь в Молдове «на слуху» и с ко­торой теперь уже прежнее правительство связывало большие надежды на донорское финансирование, по сути своей является именно программой сельского/региональ­ного развития. На что недвусмысленно ука­зали эксперты международных донорских структур в ходе недавней дискуссии в рам­ках форума «Видение развития сельского хозяйства и регионов РМ 2020».

Видение перспектив развития села и сель­хозпроизводства у автора этой статьи сфор­мировалось на основе одного наблюдения. Как утверждают поставщики сельхозтехни­ки, в Молдове четко просматривается одно «потребительское предпочтение» — сель­хозпроизводители стремятся приобрести технику с максимальным количеством про­изводственных возможностей и минималь­ными опциями в том, что касается комфорта для оператора трактора или комбайна. Как мне представляется, причина состоит не только в дефиците средств и, соответствен­но, их жесткой экономии «в ущерб себе», а и в том, что основная масса сельхозпроизво­дителей-покупателей техники – это менед­жеры-агробизнесмены, которые сами уже никогда больше не сядут за руль трактора или комбайна. При этом для основной мас­сы традиционных, «генетических» сельхоз­производителей – фермеров или крестьян-домохозяев – современная сельхозтехника была и остается недоступным приобретени­ем. Даже с учетом формальной и фактиче­ской доступности субсидии. Соответствен­но, эти люди или уже уехали за рубеж, или сделают это при первой возможности, а об­ширного поколения работников-приемни­ков за ними нет и, похоже, не будет.

С этой точки зрения, наверное, объяснимо то обстоятельство, что за последние пол­тора десятка лет фермерство — как класс товаропроизводителей, самостоятельно работающих на собственной земле – в Мол­дове не только численно не возрос, но, как показывают экспертные исследования, даже сократился (довольно быстро растет коли­чество агрохозяйств площадью более 50 га и сокращается количество хозяйств менее 10 га). С учетом такой тенденции, надежды ли­деров НФФ на популяризацию традицион­ного сельского образа жизни за счет приня­тия нового закона о фермерском хозяйстве и даже за счет обильного субсидирования лично мне представляются не слишком убе­дительными.

По материалам Логос Пресс

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *