«Не надо бояться всего нового»

Редактор журнала «Lider agro» побеседовал о новых агротехноло­гиях с Михаем Чергуцэ, руководителе предприятия Cimcazac SRL (с. Чимишень, р-н Криулень).

— Представьте, пожалуйста, Ваше хозяйство читателям «LA».

— Наше предприятие по меркам сель­ского хозяйства центральной зоны РМ нетипично. Оно крупнее местных среднестатистических хозяйств – око­ло 1,6 тыс. га, практически все сель­хозплощади – арендованные. Основу экономики предприятия составляет производство зерновых и техниче­ских культур: ячмень, пшеница, куку­руза, подсолнечник и рапс. Огород и сад невелики – 4 га плантаций абрико­са и 20 га картофеля. Рентабельность интенсивных культур с высокой до­бавленной стоимостью высока, по­рядка 150-200%. Однако в общей мас­се денежных поступлений от продаж продукции нашего хозяйства на их долю приходится не более 15%.

— Уже много лет у нас в стране на­ращивание производства продук­тов с высокой добавленной стои­мостью – официально благослов­ленный тренд. А Вам не хочется к нему приобщиться?

— Чтобы изменить соотношение необ­ходимо увеличить масштабы выра­щивания овощей и фруктов. Но этот процесс в нашем случае лимитирован несколькими важными моментами: ограниченными возможностями инве­стировать в новые плантации и инфра­структуру хранения/продаж, дефици­том достаточно квалифицированных и не слишком дорогих «рабочих рук», а также доступной влаги для орошения. Кстати, сад и огород у нас расположе­ны на орошаемых землях, для хране­ния продукции есть холодильники. Но перспективы расширить площади и мощности не слишком обнадеживаю­щие. В итоге, мы все больше склоняем­ся к зерновой специализации.

— Но ведь часто приходиться слы­шать от молдавских фермеров, что цены на зерно в Молдове низ­кие, зачастую – самые низкие в ре­гионе.

— Цена на зерновые значительно ко­леблется в зависимости от конкрет­ного периода и условий продажи, а также от качества и количества това­ра. К примеру, продовольственную пшеницу урожая-2016 мы продавали в период ценового спада (в самом конце сезона) по средней цене не ниже 3,3 леев/кг – то есть, примерно на 1 лей/кг больше цены продажи «с поля» в разгар сезона. Разница в цене значительна. Но стоит уточнить, что мы располагаем собственными и арендованными складами, мощ­ность которых позволяет хранить весь получаемый нами урожай зер­на. Соответственно, мы можем ждать наилучших предложений о закупке продукции.

— И кто покупает чаще всего?

— Вообще-то, нам в определенном смысле повезло. Наше производ­ство сосредоточено в зоне, где ра­ботают два крупных животноводче­ских комплекса – свиноводческий и птицеводческий. Кроме того, у нас сложились стабильные отношения с местными мукомольными и хлебопе­карными предприятиями. Основную массу зерна мы реализуем покупате­лям этих категорий. Со сбытом мас­личных культур у нас проблем тоже нет, с нашим предприятиям (повто­рюсь — довольно крупным по здеш­ним меркам) трейдеры-экспортеры сотрудничают охотно. С учетом этого опыта я убежден, что универсаль­ный многопрофильный агробизнес – удачное, но довольно редкое со­четание. Чаще у предпринимателей хорошо получается делать что-то одно – или производить, или прода­вать. И зачастую этого достаточно, но важно делать свою работу как можно лучше.

— Что для этого необходимо?

— На протяжении последнего пяти­летия в нашей зоне три года были засушливыми в большей или мень­шей степени. Более того, даже в годы с нормальным суммарным количеством влаги осадки на про­тяжении сезона выпадают крайне неравномерно: «иногда густо – ино­гда пусто». Климатологи утвержда­ют, что это характерный признак изменения климата – глобального потепления. Как бы то ни было, нам необходимо искать технологиче­ские решения, чтобы смягчить этот эффект. Пять-шесть лет назад мы начали приспосабливаться к новым климатическим реалиям. Обнови­ли парк техники и агрегатов, нара­щиваем его по мере возможности. Соответственно, стали постепенно переходить со вспашки на рыхле­ние без оборота пласта. Четыре года применения безотвальной техноло­гии убедили нас в том, что в комби­нации с мульчированием – сохра­нением на поверхности почвы не менее 30% растительных остатков культур-предшественников — она действительно работает на удержа­ние влаги в почвы. В итоге, к приме­ру, результаты прошлого года по­казали, что на тех наших полях, где применялись технологии консерви­рующего земледелия, урожайность зерновых была выше минимум на 1 т/га, чем на вспаханных полях. А в среднем – не менее 5 т/га. В ны­нешнем году на отдельных полях мы впервые применили прямой сев пшеницы в необработанную почву после кукурузы в качестве предше­ственника – то есть, «ноу-тилл». Об урожайности на этих полях в кон­кретных цифрах я говорить пока не спешу, но, визуально, она будет до­вольно высокой. Возможно, лучшей в радиусе 20-30 км, а то и более.

— Сколько земель у Вас обрабатыва­ется по технологиям «мини-тилл» и «ноу-тилл»?

— На данный момент по технологиям консервирующего земледелия у нас в хозяйстве обрабатывается чуть ме­нее четверти сельхозплощадей – по­рядка 350 га. Но, я рассчитываю, что в течение последующих 5-7 лет мы все пахотные земли переведем на ресур­со- и влагосберегающие технологии.

— В чем мотивы, преимущества, не­достатки?

— У любой медали есть две стороны. С одной стороны — при использова­нии технологий консервирующего сбережения снижаются расходы на дизтопливо в 2-3 раза за счет отказа от энергоемкой вспашки и ряда дру­гих сопутствующих операций. При этом с другой стороны – примерно на 20-40% возрастают затраты на защиту растений (дополнительно – минимум одна обработка посевов гербицидами и фунгицидами). Кроме того, дополнительно с осени необхо­димо внести на поля стартовую дозу азотных удобрений – для интенсифи­кации процесса разложения расти­тельных остатков культуры-предше­ственника. Итого, в нашем хозяйстве мы вносит на посевах зерновых ми­нимум 250 кг/га минеральных удо­брений. Я знаю, что в соседней Румы­нии этот объем бывает и вдвое выше – под более высокий плановый уро­жай. Возможно, к этому в какой-то перспективе придем и мы. Но пока наши возможности вкладывать обо­ротные средства в производствен­ные материалы гораздо скромнее. В том числе и поэтому мы планируем в нынешнем году заказать в одной украинской организации услуги по проведению оценки почв на всех на­ших полях, и выяснить – где именно и каких именно питательных веществ в почве не хватает. И впоследствии вносить определенные удобрения именно там, где они необходимы. Подобную оценку мы проводили два года назад, стоит ее актуализи­ровать. Наши сеялки и комбайны ос­нащены системами GPS-навигации, хорошо бы распространить элемен­ты точного земледелия и на процес­сы внесения удобрений.

— В последние годы специалисты все чаще говорят об особых пер­спективах, с этой точки зрения, технологии «стрип тилл».

— В последнее время я неоднократ­но слышал разговоры о преиму­ществах системы «стрип-тилл» при производстве кукурузы и подсол­нечника. Мне эта тема интересна, но сначала я хотел бы больше о ней узнать и увидеть собственными глазами все ее этапы в реальности – прежде чем приобретать дорого­стоящее оборудование. Тем более что мне известна лишь одна фирма, торгующая агрегатами для «стрип- тилл». А ведь этого недостаточно – и с точки зрения конъюнктуры (цены лучше, если есть конкурен­ция), и с точки зрения сопутствую­щего консалтинга. Знания крайне важны. Например, мы приобрели сеялку точного высева, но перед севом не наладили ее правильно. А продавец агрегата инициативу в этом направлении не проявил. По­сев бы осуществлен не на оптималь­ную глубину, а ниже. В итоге, у нас были всходы позже, чем у соседей. В конце третьей декаде июня пшени­ца была еще зеленой (правда, у нас было два хороших дождя). Надеюсь, что из этой ситуации мы выйдем удачно. В любом случае – не надо бояться нового.

— Есть ли способ избежать ошибок?

— К сожалению, у нас в стране уже много лет разорвана практическая связь между сельским хозяйством и отраслевой наукой. Однажды мы попробовали обратиться в один ин­ститут за консультацией и услугами по проведению исследований. Но из этого ничего не вышло – процедура оказалась слишком забюрократизи­рованной, ученые – теоретиками. А нам нужен был практические, очень конкретные рекомендации. К сча­стью, нам оказывает консалтинговое содействие эксперт-агроном одно­го из донорских проектов. Но хоте­лось бы, чтобы научное обеспечение сельхозпроизводства в Молдове осу­ществлялся централизовано, при ку­раторстве минсельхоза и Академии наук.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *